СОЮЗ ПАТРИОТИЧЕСКИХ СМИ
Поделиться в соцсетях:

Два десятилетия беззакония и страданий одной российской семьи

21 мая 2020 г.

Александр Никишин

Как бюрократическая машина десятилетиями нарушает законы государства, подрывая все усилия по укреплению обороноспособности и правопорядка в стране.
Для человека в погонах, который всю свою сознательную жизнь отдал государственной службе, десятилетиями вместе с семьей мыкался по гарнизонам, съемным квартирам и общежитиям, самым дорогим итогом службы является собственное жилье. В ныне действующем законодательстве России черным по белому написано, что военнослужащий, отдавший долг Родине, не уйдет на гражданку без собственной крыши над головой. Но бюрократический аппарат живет совсем по другим законам.

 

В последнее десятилетие происходит планомерное и уверенное укрепление нашей армии и органов внутреннего правопорядка. Поступает новейшая техника, современные технологии, улучшаются бытовые условия. Но обороноспособность страны и правопорядок зависят, прежде всего, от людей, которые несут свою нелегкую службу в надежде, что государство выполнит свои обязательства и после ее окончания семьи военнослужащих получат свое долгожданное жилье. По утверждению чиновников, на сегодняшний день проблема получения жилья военнослужащими решается весьма успешно. Мы периодически в СМИ читаем доклады должностных лиц, в которых приводятся статистические данные о том, сколько человек, признанных нуждающимися и внесенных в Единый реестр военнослужащих, получили квартиры или жилищную субсидию.

В январе 2016 года даже президент Владимир Путин подписал указ о запрете увольнять военных, которые находятся на службе более 10 лет и нуждаются в крыше над головой.  Но существует одна огромная проблема, скрываемая, замалчиваемая и никогда не упоминаемая в этих самых докладах и выступлениях.

Проблема заключается в том, что сейчас тысячи и тысячи военнослужащих, честно и добросовестно отслуживших Родине, заработавших право на получение жилья от государства, но уже закончивших службу и уволенных,  оказались брошенными государством на произвол судьбы. Из-за злоупотреблений чиновников и частенько незнания законов, эти люди и их семьи утеряли право на получение жилья. Особенно это касается людей, проходивших службу до 1998 года.

Никому не известно точное количество таких уволенных военнослужащих. Многие за десятилетия мытарств они просто махнули рукой на обязательства государства перед ними, у многих распались семьи, а многие умерли, чем облегчили задачу нечистоплотным чиновникам. К сожалению, чиновникам облегчал задачу еще один существенный фактор – это серьезные пробелы в законодательстве, которые десятилетиями не устраняются государственной властью, тем самым подрывая и конституционные права людей, и обороноспособность, и правопорядок в стране.
К концу нулевых годов ситуация достигла такого накала, что в ноябре 2008 года в СМИ появилось «Обращение военнослужащих и граждан, уволенных в запас к органам государственной законодательной и исполнительной власти», которое представляло позицию, по словам организаторов Обращения, 165 тысяч семей только Министерства обороны. А с учетом военнослужащих Внутренних войск МВД и членов семей эта проблема касалась десяти процентов населения России.

В Обращении говорится:
«Мы возмущены ситуацией, сложившейся в данной сфере и, прежде всего, серьезными пробелами в законодательстве, и стойким нежеланием властей работать над проблемой. Так, при декларации нашего государства как правового, на данный момент многократно нарушен принцип ничтожности обратной силы закона. На сегодняшний день, например, отсутствует четко прописанный механизм обеспечения жильем военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы по избранному ими месту жительства, ранее прописанный в законодательстве. А проблемы, возникающие в связи с этим, военное руководство и судебные власти решают исключительно силовыми методами, далекими от принципов социальной справедливости и того немногого, что осталось в федеральном законодательстве по указанному вопросу, при этом, не исполняя своей прямой обязанности – признания незаконными актов, не соответствующих нормативно правовым актам большей юридической силы. Но и предусмотренные самим законодательством нормы нарушают принципы социального равенства граждан…

На сегодняшний день принято некоторое количество нормативно правовых актов (далее НПА), не соответствующих, на наш взгляд, Конституции и федеральному законодательству в принципе и дающих абсолютно разные трактовки одного и того же вопроса, ставящие военнослужащих и военных пенсионеров, нуждающихся в получении жилья или улучшении жилищных условий в тупиковые ситуации, решение которых даже в судебном и судебно-исполнительном порядке зачастую не представляется возможным…

Весь срок нашей службы мы учились любить свою Родину и уважительно относиться к легитимной власти, т. е. к Государству. Только эти обстоятельства и морально-этические принципы не позволяют большинству из нас выносить сор из избы, но терпение на пределе, органы государственной власти должны были уже это почувствовать, например, по количеству обращений в Европейский суд по правам человека. Когда наше государство начнет думать о тех, кто его защищал? Ведь, глядя на отношение к старшим товарищам, молодежь укрепляется в мысли, что все останется без перемен. Таким образом, может случиться, что защищать Россию профессионально станет просто некому».

К середине десятых годов ситуация оставалась не просто нерешенной, но уже подталкивала уволенных военнослужащих к радикальным шагам. К примеру, в 2015 году отставной подполковник Военно-морского флота, участник боевых действий на Северном Кавказе, преподаватель Военно-Морской академии, отдавший армии боле 23 лет и уволенный по состоянию здоровья в 2010 году и не получивший полагающуюся ему по закону квартиру Сергей Коновалов пошел на отчаянный шаг. Он вернул свои боевые ордена и медали президенту России. В Администрацию президента были возвращены Орден Мужества и медаль «За отвагу», полученные при проведении боевых действий в Чеченской республике в период с 1994 по 1995 год. А весь вопрос был всего-то в 15-25 квадратных метрах жилья.

«Практически все военные академии из Москвы выводятся. Это не десятки, не сотни, это тысячи человек. И это только по одной Москве. Но военные училища и заведения есть не только в Москве, но и в регионах. Поэтому эта проблема касается большинства офицеров. Причем не только преподавательского состава, но и научного, т. е. сотрудников военных научно-исследовательских институтов. Это касается и командиров, которые были сокращены после реформ сначала Сердюкова, а потом и Шойгу. Это проблема тысяч человек».

Проблема Коновалова длится 10 лет и не решается. Я же хочу рассказать вам о проблеме, которой уже 22 года. Это – срок одного поколения. За это время семья пережила множество трагедий и прошла все «круги ада», но до сих пор бюрократическая машина государства продолжает издеваться над простой российской семьей.

***
Эта история началась в далеком 1998 года в воинской части № 6602 Уральского округа внутренних войск МВД России поселок Лозьвинский города Ивдель Свердловской области. В этой части с 1973 года проходил службу старший прапорщик Валиахмет Субханов. За долгие десятилетия службы у него появилась семья: Любимая супруга Янылбика, жнланная дочь Диана. Все эти годы семья ютилась в «служебной квартире» - бараке на двух хозяев общей площадью 36 квадратных метров. Сам дом был неблагоустроенным, аварийным и даже не состоял на балансе учреждения, фактически – хижина. За время службы часть, в которой служил Субханов, дважды подверглась реорганизации. В 1993 году она была передана из подчиненности внутренних войск МВД России Управлению исполнения наказаний ГУ внутренних дел Свердловской области. А в 1998 году УИН МВД был реорганизован в отдельное ведомство - Федеральную службу исполнения наказаний РФ (ФСИН России). Что характерно, служащие ФСИН уже не считались военнослужащими, и им не полагалось иметь специальные звания или классные чины, аналогичные воинским званиям.

Но Субханова эта сторона реорганизации не коснулась, в 1998 году он, будучи военнослужащим, был уволен по сокращению штатов в связи с реорганизацией. Выслуга лет на тот период составила более 24 лет по календарному и 27 лет по льготному исчислениям. В этом же году и без того аварийный дом, в котором проживали Субхановы, сгорел, и семья с несовершеннолетним ребенком оказалась фактически выброшенной на улицу. В мае 1999 года Субхановых постановлением главы Екатеринбурга поставили на учет как нуждающихся в улучшении жилищных условий. По закону Субхановы должны были получить жилье в течение трех месяцев, но эти три месяца в результате растянулись на долгие два с лишним десятилетия.

Оказавшись на улице и без жилья, семья была вынуждена уехать к родственникам в башкирское село Ураково, где все эти годы вынуждена скитаться по различным адресам, оставаясь при этом на учете нуждающихся в жилье Администрации Екатеринбурга. Очередь все эти годы практически не двигалась, законные 3 месяца грозили перерасти в вечность, и тут (о, Чудо!) Валиахмет узнал, что имеет право на получение жилищного сертификата.  У семьи появилась реальная надежда на получение своего законного жилья, но случилось несчастье. В апреле 2007 года буквально за несколько дней до получения заветного сертификата Валиахмет скоропостижно скончался. Но беда не приходит одна, похоронив мужа и выплакав все глаза, Янылбика обратилась за жилищным сертификатом в администрацию Екатеринбурга, но ей отказали в его получении.

По мнению чиновников, в связи со смертью мужа Субханова утратила право получения жилья за счет средств бюджета как член семьи военнослужащего. Вот так, «есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы». По словам Субхановой, в 2010 году в администрации Екатеринбурга ей приказали больше к ним не приезжать, а ей самой стать на мифический «вдовий учет» и «вдовью очередь». Но потом мэр Екатеринбурга сообщил, что никакой «вдовьей очереди» нет. Причем работник администрации некая Клара Яковлевна, сидящая в 243 комнате, вообще запретила приезжать в Екатеринбург. Субханова была вынуждена стать в общую очередь на получение жилья в Екатеринбурге, так как все эти годы оставалась с дочкой прописанной по адресу сгоревшего дома, где, кстати, зарегистрирова и сейчас. Но годы шли, очередь только увеличивалась, администрация постоянно требовала все новые и новые документы для перерегистрации, и, в конце концов, отказала в праве на жилье под тем предлогом, что семья фактически проживает в другом регионе. Хотя еще в 2015 году, согласно письму администрации Екатеринбурга, в объединённом списке граждан, уволенных с военной службы и бывших сотрудников уголовно-исполнительной системы, состоящих на учете в Администрации г. Екатеринбурга по избранному месту жительства, Субханова была зарегистрирована под № 436, а в списке бывших сотрудников уголовно-исполнительной системы – под № 158, и даже в 2019 года – под № 332, она получила отказ.

По словам Субхановой, до Клары Яковлевны в администрации Екатеринбурга работала некая Панина. Она крайне усердно включала в очередь на получение жилья своих родственников и знакомых за счет законных очередников, за что и была уволена. Видимо и у чиновников есть «красная черта», за которую выходить нельзя. Сейчас все продолжается в том же духе, до очередной «красной черты», а страдают простые люди, которые десятилетиями не могут получить полагающееся им по закону жилье.

Субханова обратилась к военному прокурору, который ответил, что по закону от 1967 года обеспечивать жильем прапорщиков, уволенных в запас или отставку обязаны местные органы власти, а не федеральные. Круг замкнулся. Государство сняло с себя все обязательство, а чиновники на местах просто волевым решением исключили семью Субхановых из череди на жилье и лишили ее всех прав. Что интересно, закон от 1967 года «О всеобщей воинской обязанности» и Положение о прохождении воинской службы прапорщиками и мичманами Вооруженных сил СССР, утвержденное Постановлением Совета Министров СССР от 1985 года запрет на увольнение с военной службы без обеспечения жильем не содержали. А если военнослужащих все-таки увольняли, то жилье обязаны были предоставлять не ведомства, а органы местного самоуправления. Хотя в реальности предоставление жилья происходило выборочно – кто ближе к чиновнику, тот и получал. То есть считалось априори, что без предоставления жилья военнослужащего уволить нельзя. Как оказалось, волею чиновников Администрации Екатеринбурга – можно. Можно десятилетиями не давать жилье, хотя законом предусмотрен срок в 3 месяца, можно под предлогом смерти главы семьи лишить ее жилищного сертификата, можно просто взять и выбросить из общей очереди через 20 лет нахождения в ней под любым предлогом.

Жалоба Субхановой в Генпрокуратуру закончилась тем, что прокуратура Свердловской области сослалась на программу жилищных сертификатов, действовавшую до 2011 года, которая, по их словам, относилась только к самим военнослужащим. Аналогичный ответ был получен и из прокуратуры Екатеринбурга. Так как Субханов умер до получения сертификата, то и обязательства государства по отношению к нему и его семьи считаются выполненными. А то, что государство своим бездействием и поспособствовало смерти военнослужащего – так это недоказуемо, и никто ответственности не несет. Вот такое иезуитство.

Военная прокуратура Уфимского гарнизона ответила, что эти вопросы в ее компетенцию не входят, и отфутболила Субханову в военную прокуратуру Оренбургского гарнизона, где все дело «благополучно было похоронено». Нарушений законодательства наши надзорные органы так и не увидели, видимо правовой микроскоп у них «не той системы».

Все эти десятилетия Субханова ежегодно проходила процедуру перерегистрации, которая согласно письму Администрации г. Екатеринбурга от 20.08.2010 г. состояла в предоставлении нескольких десятков документов. Их тоже надо было собирать ежегодно. Причем Администрация ежегодно грозилась, видимо втайне надеясь, что в случае не предоставления документов строго в срок будет рассматриваться вопрос о ее снятии с учета нуждающихся в жилых помещениях. Мы все знаем, что такое собирать в российских реалиях десятки документов в различных  организациях. Это – ад кромешный. Субханова делала это ежегодно в течение 20 лет. И вот результат – одним росчерком пера вся жизнь ее семьи просто обнулилась. И виноватых – нет.

Отчаявшись за десятилетия «хождений по мукам» Субханова обратилась за помощью в Межрегиональную общественную организацию «Национальный Комитет Общественного Контроля». После долгого и скрупулезного изучения дела и всех правовых документов, по результатам экспертизы и юридического исследования было получено «Заключение экспертного совета», в котором в частности доказывалось, что многократные действия администрации Екатеринбурга не соответствуют и противоречат законодательству Российской Федерации. Эти нарушения были при не предоставлении семье Валиахмета Субханова жилого помещения в первоочередном порядке, при отказе в предоставлении Янылбике Субхановой жилого помещения за счет средств бюджета, при требовании от Субхановой предоставления дополнительных документов в целях перерегистрации ее в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий, при оформлении Субханову жилищного сертификата. Также было показано, что результаты проверок прокуратурой Екатеринбурга и прокуратурой Свердловской области по обращению Субхановой не соответствуют требованиям действующего российского законодательства.

Экспертный совет показал, что военный прокурор отдела надзора (за исполнением законов органами военного управления и воинскими должностными лицами) военной прокуратуры Центрального военного округа Луковский Д.В., подписавший ответ от 25.03.2015 года, руководствовался законодательством, утратившим силу на момент увольнения Валиахмета Субханова с военной службы. Единственным органом, чье решение соответствовало действующему законодательству, признана  военная прокуратура Уфимского гарнизона, которая направила обращение по поднадзорности в военную прокуратуру Оренбургского гарнизона, где, как мы уже знаем, это обращение «благополучно затерялось». Ну а на «нет» - и суда нет.

Теперь Управление Генеральной прокуратуры Российской Федерации по УРФО и Глава города Екатеринбурга, в чьи адреса направлено это экспертное заключение, должны будут его рассмотреть и принять законное и справедливое решение. От этих решений и будет зависеть, как российские военнослужащие  в дальнейшем будут относиться к тем обязательствам, которые взяло на себя государство по отношению к ним. На что им рассчитывать после окончания службы – на положенные им квартиры, или на километры отписок чиновников и десятилетия хождения по кабинетам. Это и определит дальнейший характер их службы и ожидания от него со стороны государства.

Сейчас государство жестко опекает права военнослужащих и членов их семей. При любой угрозе их жизни и здоровью, даже высказанной анонимно в социальных сетях, преступники мгновенно находятся и привлекаются к ответственности. При малейшем тычке, укусе или ударе военнослужащего, особенно во время незаконных уличных акций, мгновенно открываются уголовные дела. И это правильно. Но вы спросите у любого военнослужащего, что для него и его семьи важней – анонимная угроза, тычок, удар, или лишение его семьи законного, заработанного долгой и тяжелой службы жилья? Ответ будет очевиден. Эти вещи просто несопоставимы.

Так почему же виновные в этих злодеяниях, вообще не привлекаются ни к какой ответственности? Почему нет даже попыток восстановления законности и справедливости? А ведь любой военнослужащий готов стерпеть гораздо большее, лишь бы его не лишили заслуженного жилья. Государству давно пора четко обозначить свои приоритеты в построении правового государства и отношениях с военнослужащими. Иначе может прийти время, когда чиновников не будет защищать ни армия, ни органы правопорядка, а государство будет поставлено на грань уничтожения, как это уже было в нашей истории.

Надеюсь, на эту статью должным образом отреагируют контрольно-надзорные органы федерального и регионального уровня и разорвут.

Источник: 
 


© Национальный медиа-союз,
2013-2020 г. г.
  Портал существует на общественных началах Руководитель проекта - Анищенко Владимир Робертович,
Гл. редактор - Юдина Надежда Ивановна Email: udinanadejda@yandex.ru